Розовая мечта США - создание Трансатлантиды

На фоне миграционного кризиса немецкие аналитики прогнозируют восстание региональных властей ФРГ против политики Ангелы Меркель. Уйдет ли канцлер в отставку, если не удастся договориться о продолжении политики открытых дверей ЕС? Зреет ли против Меркель заговор? Спасет ли ЕС закрытие границ? Об этом Pravda. Ru рассказал научный директор Германо-российского форума Александр Рар.

Бунт Баварии

- Почему Бавария недовольна политикой канцлера в отношении беженцев?

- Баварская Христианско-демократическая партия — фактически сестринская партия христианских демократов всей Германии — традиционно высказывается за более консервативные ценности. Они больше государственники, чем сама Христианско-демократическая партия.

Нужно признать, что госпожа Меркель вообще-то придерживается не консервативных взглядов, а скорее, левых, зеленых.

Во внутренней и внешней политике именно баварская часть Христианско-демократической партии считает, что в нынешнем кризисе с беженцами нужно отстоять государственные позиции. А это означает, что нужно укреплять границы, остановить массовый поток мигрантов и беженцев, навести порядок. Лидер баварских социал-демократов объявил, что в Германии потеряно правовое государство. За это его очень сильно критикуют.

Он ездил к Владимиру Путину, он пытается показать, что Германия, которая ищет какие-то альтернативы в борьбе с этим громадным вызовом, нуждается в помощи других европейских государств. Он много говорит, что внутри большой коалиции между христианскими демократами и баварским отделением может произойти разрыв.

В 70-е годы тогдашний лидер христианских демократов Баварии Штраус, который был сильным лидером в Германии, уже пытался отделить свою баварскую Христианско-демократическую партию от главной Христианско-демократической партии Германии, идти самостоятельно на выборы на территории всей Германии. Если разрыв между Меркель и лидером христианской Баварии будет усугубляться, то такое вполне возможно.

- Как общество, простые немцы относятся к такому потоку мигрантов?

- Миграционный кризис разделил германское общество ровно на две части. Чуть-чуть больше 50 процентов — встревожены ситуацией, и считают, что нужно найти возможность остановить поток беженцев в Германию, тем более что другие европейские страны не собираются солидаризироваться с Германией, забирать к себе часть этих беженцев.

Это общество стоит на традиционных ценностях, все-таки нужно Германию усиливать изнутри, а не выстраивать таким образом большой глобальный мир, где пойдет полное размывание нации и ценностей.

А есть другая часть общества. Почти что 50 процентов немцев поддерживают политику Меркель из разных соображений. Многие немцы используют этот вызов, как возможность показать всему миру, что Германия изменилась с гитлеровских времен, что выбросила весь свой прежний, очень противный, уродливый багаж расизма, ксенофобии, ненависти и антисемитизма.

В немецком обществе есть комплексы от тех старых времен. Это — попытка убрать прошлое в дальний ящик истории и строить совсем другую Германию: открытую, гуманистическую, где будут торжествовать либеральный ценности, право меньшинств.

Поэтому они за то, чтобы интегрировать чужеземцев в германское общество. Можно их назвать наивными, но многие считают, что демографическая проблема встанет в Германии через несколько лет очень остро, население будет стареть, молодых будет мало. И вот сирийцы, иракцы, афганцы смогут занять более низкое место в социально-экономической системе вместо немцев, и таким образом, спасти немецкую экономику, и может, немецкую нацию от демографической катастрофы. Такие взгляды тоже есть.

События в Кельне

- Насколько события в Кельне повлияли на эту вторую лояльную группу?

- Кельнские события очень повлияли на обстановку. До кельнских событий пресса Германии писала о мигрантах почти только позитивно. Госпожу Меркель и беженцев прямо носили на руках. Это был даже чисто религиозный момент веры в какое-то возрождение новой Германии. Во всяком случае, большая часть немецких политиков и прессы хотели это таким образом представить.

Кельнская ночь, кстати, не единичный случай, такие происшествия — попытки изнасилования женщин, воровство, просто набеги на невинных людей со стороны молодых арабских мигрантов — имели место и в других городах.

Это повлияло на то, что ситуация резко стала меняться. Правда, по-прежнему, половина немцев придерживается точки зрения, что беженцев нужно принимать с гуманистической точки зрения. Но все сильнее стали выступать политики другого лагеря, что нужно что-то делать, чтобы остановить поток мигрантов. Это уже серьезно обсуждается в парламенте. Вероятно, будут приняты достаточно жесткие законы. Беженцев из страны, где идет война, немцы будут принимать по-прежнему по гуманитарным соображениям, а северо-африканцев — нет. Как справляться с этим главным и очень серьезным вызовом, самым серьезным со времен Второй мировой войны, пока неясно. Насколько хватит этого нового законодательства — большой вопрос.

- Что может подвигнуть Ангелу Меркель на изменение своей позиции? Или она железная леди и будет стоять до конца?

- Политически выжить — это кредо каждого политика. Она понимает, что ветер меняется, настроение в обществе уже другое. Поэтому она уже вместо того, чтобы всячески приветствовать, поддерживать, позировать с беженцами, не ездит на встречи с беженцами, а наоборот, призывает беженцев после какого-то времени вернуться в их страны, если там ситуация опять наладится. Это — корректировка ее курса.

Но в то же самое время она по-прежнему жестко стоит на позиции: всех принимать, особенно из стран, в которых идут войны. Сейчас наступает очень важный политический момент.

В середине марта в трех очень крупных землях из 16 субъектов немецкой федерации будут проходить земельные выборы в местные парламенты. Мне кажется, это решит судьбу ХДС. Если на этих выборах радикальные правые силы или радикальные левые силы станут набирать очень сильный вес, если ХДС будет проигрывать, то это очень негативно отразится на будущем госпожи Меркель.

- К чему может привести раскол немцев? Возможен ли правительственный кризис? Как вы видите развитие этой ситуации?

- Сейчас о правительственном кризисе речи нет, потому что фактически все партии во власти поддерживают политику Меркель. И зеленая партия, которая находится в оппозиции, полностью поддерживает Меркель и готова с ней даже создать коалицию. Левые поддерживают Меркель, социал-демократы ее полностью поддерживают. Против нее выступает консервативное крыло ее собственной партии и недавно созданная партия Альтернатива Германии, которая может сейчас победить на местных выборах.

Тогда политический ландшафт Германии будет меняться, он будет больше поляризироваться. Правые силы будут набирать вес. Они свои взгляды будут все сильнее проводить в общество, они будут давить на госпожу Меркель, на христианских демократов.

Но в то же время будет консолидация левого лагеря: партии левых и зеленых будут этому противостоять. Да, атмосфера будет меняться, уже исчезает политическая середина внутри Германии, которая делала Германию на протяжении последних десятилетий всегда очень серьезной страной.

Постхристианство и исламский экстремизм

- Не боятся ли христиане вытеснения исламом христианства?

- Германия — уже давно не христианская, а постхристианская, постмодернистская страна, где христианская мораль задвинута. Здесь торжествуют так называемые либеральные ценности. Это — культ меньшинств, ценности Французской революции, о которой в России мало знают. Это — антиавторитарное движение, культ гражданского общества и много другого, что было понастроено в Германии. Это — уже не христианские, даже не традиционные ценности.

Сейчас происходит ползущая революция в сторону чего-то еще более современного — еще большее уничтожение границ для свободы развития общества, человечества, до каких-то вообще немыслимых пределов, как многие считают.

И другие европейские общества — такие же. Они — сингулярные общества, католическая церковь здесь почти никакой роли не играет. В западной прессе Папу Римского и католическую церковь постоянно критикуют за то, что они какие-то отсталые, у них средневековые взгляды.

Германия смотрит на себя уже совсем по-другому. Здесь не так уж много верующих. Церковь очень волнуется оттоком прихожан со своих приходов. И конечно, культ потребления здесь большую роль играет. Очень тесны связи с Америкой. Будет сделана попытка создать экономический, а может быть, и политический блок Европы с Америкой. Это плохо, конечно, для отношений с Россией, которая таким образом европейцами будет отодвигаться в Азию.

Действительно, мигрантский кризис — самый серьезнейший вызов для Европейского союза со времен его создания. Это признают все политики. В ЕС происходят и другие очень страшные и тяжелые кризисные явления. Это — факт.

В то же самое время у нас по-прежнему на шее висит проблема Греции, греческих долгов. В любой момент кризис Греции может разразиться в катастрофу, и тогда Европа теряет большие деньги, а Греция уйдет в свободное плавание. Экономический, финансовый кризис, начавшийся в 2008 году, до сих пор не преодолен в Португалии, Испании, Италии и других странах, и может проявиться в любой момент.

В Германии — все благополучно, немецкая экономика так хорошо работает, как никогда. Но если под вопрос будет поставлена еврозона, если Европа целиком будет слабеть, Германия постоянно будет вынуждена играть в пожарного. Конечно, это ослабит и Германию.

Кроме того, европейское население убавляется. Сегодня Европа — почти 9 процентов населения мира, но уже через 20-25 лет европейцы будут составлять меньше 7 процентов земного населения.

И конечно, в Северной Африке и на Востоке появился новый громадный вызов для человечества — исламский фундаментализм, экстремизм, который является уже просто врагом западной цивилизации. Будут ужасные столкновения на протяжении следующих десятилетий, это уже чувствуется. Поэтому Европа в шатком состоянии. Но я бы сказал, что элита Европы будет делать все, чтобы этот проект не закрыть. Потому что альтернатива ему — национальные государства, а европейцы этого не хотят. Это — опять опасность войн на территории Европы: между Германией и Францией, между Германией и Польшей. Не нужно этого.

Но и Соединенных Штатов Европы, о чем мечтает нынешняя элита, не будет. Дальнейшую интеграцию Европы я с трудом могу себе представить. На мой взгляд, нужно, чтобы все страны как-то участвовали в построении Европы, а не только Брюссель командовал бы парадом. Тогда Европа может выжить.

Пока же усиленно продвигается альтернатива — Трансатлантида — Америка и Западная Европа как противовес Евразии. Я все-таки верю, что когда-то мы создадим континентальную Европу, где Россия будет иметь очень сильное влияние.

Подготовил к публикации Юрий Кондратьев
Беседовала Любовь Люлько